Барометр отрасли. Энергетика: ключевые тренды и вызовы

Потребление электроэнергии в России продолжает расти: в 2024 году спрос увеличился на 3%, до рекордного уровня в 1,192 трлн кВт·ч. По данным аналитиков, в этом году он также вырастет на 3%, до 1,226 трлн кВт·ч. К 2042 году показатель достигнет 1,431 трлн кВт·ч (+20% к 2024 году), а в 2050 году составит уже около 1,624 трлн кВт·ч (+36%).

Ключевые программы — Энергетическая стратегия России до 2050 года и Генеральная схема размещения объектов электроэнергетики до 2042 года — предусматривают комплексную трансформацию индустрии. Для того чтобы удовлетворить растущий спрос, к 2042 году необходимо увеличить мощности на 18%, до 299,3 ГВт.

Строительство новых электростанций в 2025—2042 годы

Источник: Генеральная схема размещения объектов электроэнергетики до 2042 года. 

К 2050 году мощности должны достичь отметки уже в 331,2 ГВт, то есть вырасти примерно на 30% к уровню 2023 года.

Вместе с экспертами разбираемся в ключевых трендах и вызовах энергетической индустрии РФ. 

Модернизация инфраструктуры: ответ на износ и дефицит мощностей

Планы правительства предусматривают не только строительство новых, но и модернизацию действующих электростанций. В отрасли фиксируют высокий уровень износа (порядка 50%) и низкую энергоэффективность из-за устаревших технологий. Сейчас основную часть (65%) генерирующего оборудования в России составляет оборудование, введённое в эксплуатацию в советские годы.

Возрастная структура российской энергетики

Источник: Генеральная схема размещения объектов электроэнергетики до 2042 года. 

Согласно Генсхеме, паротурбинное оборудование в объёме более 89 ГВт уже выработало свой ресурс, а до 2030 года его выработает ещё порядка 25 ГВт оборудования. 

Руководитель группы аналитики в энергетике Kept Сергей Роженко отмечает, что доля оборудования с превышением нормативного срока службы в тепловой генерации в России достигает 40%. Это напрямую влияет на надёжность, КПД и экологические характеристики оборудования, говорит он. В электросетевом комплексе ситуация также тревожная, подчёркивает директор Центра исследований в электроэнергетике НИУ ВШЭ Сергей Сасим. По его оценке, доля оборудования, выработавшего нормативный срок, в сетях крупнейших электросетевых компаний страны превысила 70%, а в отдельных энергосистемах приблизилась к 90%. 

По подсчётам партнёра «S+Консалтинг» Павла Карпуса, общий уровень износа в генерации составляет 65—70%, а в сетевом комплексе — 60—70%. К этим цифрам близка и оценка независимого промышленного эксперта Максима Худалова: до 75% в генерации и до 72% в электросетевом комплексе. Высокий уровень износа оборудования снижает его эффективность и повышает риск аварий, добавляет аналитик ФГ «Финам» Гордей Смирнов.

Кроме того, в индустрии необходимо повышать энергоэффективность. Так, уровень потерь электричества в сетях в 2023 году превышал 10%. В тепловых сетях уровень потерь достигает 50%, добавляет Карпус.

Планы по модернизации

Генсхемой запланирована модернизация электростанций в объёме около 67 ГВт, в том числе 63,9 ГВт ТЭС. При этом в правительстве предполагают, что эффективность использования топлива на ТЭС вырастет благодаря новым установкам с высоким КПД. Кроме того, в эксплуатацию введут 13 800 км линий электропередач и 14 100 МВА трансформаторной мощности.

Развитие электрогенерирующих и электросетевых мощностей требует существенных инвестиций. В Генсхеме необходимый объём инвестиций в отрасль до 2042 года оценивается в 42,6 трлн рублей, из них 40,05 трлн рублей приходится на объекты генерации и 2,55 трлн рублей — на электросетевые объекты.

Инвестиции российского энергоблока

Источники: ТАСС, РусГидро, Интерфакс, Минэнерго

Главные вызовы отрасли

На пороге нового инвестиционного цикла российская электроэнергетика столкнулась с целым рядом вызовов. Текущая денежно-кредитная политика Банка России привела к росту стоимости заимствований, что делает проекты убыточными, говорит Сасим. Одновременно рост стоимости заёмного финансирования приводит к росту закредитованности и необходимости секвестировать планы капитальных вложений, продолжает он.

Импортозамещение

Уход с российского рынка западных производителей энергетического оборудования требует локализации производства и развития импортозамещения. На этом фоне цены на генерирующее оборудование с 2022 года выросли на 63%, говорит Карпус. 

Ключевой момент — импортозамещение газовых турбин. По оценке Минэнерго, потребность отрасли в таких установках до 2042 года составляет 31 ГВт, или 258 турбин. При этом производство турбин большой мощности фактически только создаётся. Сейчас этим занимаются две компании «Силовые машины» и ОДК. Из-за дефицита оборудования в правительстве в феврале сдвинули сроки модернизации шести энергоблоков на пяти крупных ТЭС. А до этого, в декабре 2024 года, комиссия приняла решение об отказе от 15 проектов модернизации электростанций. 

По мнению Сасима и Карпуса, в условиях нехватки оборудования государству следует снизить требования по его локализации. По словам Карпуса, для решения проблемы также могут потребоваться прямые субсидии и пересмотр тарифной политики. 

Роженко также обращает внимание на ограниченные мощности по производству энергетического оборудования в целом и недостаток современных технологий сжигания угля для ТЭС. Для решения этих проблем потребуются инвестиции в течение в 7—10 лет и синхронизация планов компаний с НИОКР, считает он. Без ускоренного импортозамещения выполнение целей Генсхемы после 2030 года вызывает вопросы, заключает эксперт. 

Неоднородность спроса

Ещё одним вызовом является неоднородная динамика спроса в разных регионах страны. Если в среднем по России спрос за последние десять лет вырос на 10%, то на юге страны и на Дальнем Востоке спрос — на 25—30%, а в отдельных регионах, например в Дагестане, — в 2 раза. В этих условиях планы по развитию отрасли, прежде всего, должны быть направлены на надёжность и энергобезопасность за счёт управляемой тепловой и атомной генерации, считает Роженко. По его словам, такие тенденции сейчас наблюдаются и других странах.

ВИЭ: как меняется структура энергобаланса

Согласно Генсхеме, к 2042 году в энергобалансе России произойдут существенные изменения. 

Доля электростанций различных типов в общем объёме выработки в 2023 и 2042 году

Источник: Генеральная схема размещения объектов электроэнергетики до 2042 года. 

По прогнозу Ассоциации развития возобновляемой энергетики (АРВЭ), уже в 2025 г. установленная мощность возобновляемой генерации в России может вырасти на 15% к показателю прошлого года до 7,5 ГВт. 

Сасим отмечает, что благодаря эффективным мерам инвестиционной поддержки совокупная доля солнечных и ветряных электростанций может быть выше, чем ожидается в Генсхеме. К 2030 году она превысит 4% (11,5 ГВт), а к 2042 году может составить более 20 ГВт. Такая динамика является общемировой тенденцией и связана с ростом экономической эффективности и конкурентоспособности технологий ВИЭ, поясняет эксперт. Например, в США на ВИЭ пришлось почти 100% от всех мощностей, введённых в начале 2025-го.

Строительство возобновляемой генерации является эффективным способом предотвращения дефицита электроэнергии в отдельных энергосистемах, в частности, на Дальнем Востоке и юге России, отмечает Сасим. Роженко добавляет, что планы по вводу солнечных и ветровых электростанций в России в отличие от ряда других стран имеют ограниченный и взвешенный характер. 

Кроме того, увеличение доли атомной генерации позволит обеспечить надёжное энергоснабжение территорий, на которых прогнозируется формирование энергодефицита, говорит Сасим. Атомная генерация является независимой от импорта оборудования, что крайне важно при планировании энергоснабжения, обращает внимание он. Карпус уточняет, что уровень локализации в атомной отрасли составляет 95%. 

Атомная и возобновляемая генерация — самые эффективные решения для энергоснабжения удалённых районов страны, подчёркивает эксперт.

Технологии и цифровизация: на шаг ближе к «умной» энергетике

В Энергостратегии закреплён приоритет отечественных технологий и введены дополнительные механизмы контроля за локализацией на новых объектах. Возможности для иностранных компаний в первую очередь сосредоточены в секторе возобновляемой энергетики. Например, иностранные производители могут получить статус российского поэтапно, инвестируя в локальное производство и сервис.

Также в Энергостратегии уделяется внимание внедрению современных технологий:

• искусственный интеллект; 
• распределённый реестр для обеспечения безопасного информационного обмена и хранения данных;
• автоматизированные системы управления; 
• цифровые двойники и системы информационного моделирования для строительства, эксплуатации и ремонта энергообъектов. 

В частности, предполагается, что за счёт интеллектуальных систем учёта, дистанционных устройств управления и других ИТ-решений уровень потерь электроэнергии в сетях к 2050 году должен снизиться до 7%.

Худалов подчёркивает, что снижение потерь в сетях даже на 2—3% эквивалентно строительству новых мощностей. Цифровизация повысит надёжность энергосистемы, что позволит часть резервных мощностей использовать для питания потребителей. При этом, по мнению Сасима, рассчитывать на качественные сдвиги в вопросе энергоэффективности можно только после преодоления стоящих перед отраслью технологических вызовов.

Вызовы майнинга: энергетика против перегрузок

Россия занимает второе место в мире по объёму промышленных мощностей, выделенных на добычу криптовалюты. Это в первую очередь связано с низкой стоимостью электроэнергии, а также с фактическим отсутствием до недавнего времени регулирования такой деятельности. По данным АКРА, в 2025 году майнинг в России дешевле всего в Хакасии и Красноярском крае.

Майнинг является значимым источником роста спроса на электроэнергию в отдельных регионах, например в Иркутской области, говорит Роженко. Будущее сектора, по его мнению, будет напрямую зависеть от регулирования и тарифной политики. Потенциал роста спроса на энергомощность в России для майнинга составляет 3—5 ГВт до 2030 года, отмечает эксперт. По оценке Сасима, потребности майнеров обеспечивают энергообъекты мощностью 1,7 ГВт. В ближайшие годы, по его мнению, этот показатель может вырасти на 5—7 ГВт. 

По оценке Худалова, к 2042 году на майнинг может приходиться до 5—8% спроса на электроэнергию в стране. Рост майнинга продолжится за счёт развития сектора в энергоизбыточных регионах, считает он. При этом, по мнению Роженко, в случае ужесточения регулирования возможна стагнация и переезд майнеров в «более дружелюбные» юрисдикции. 

Сейчас государство придерживается жёсткой линии регулирования майнинга и стремится ограничить такую деятельность в энергодефицитных регионах, говорит Смирнов. Например, он ограничен на Северном Кавказе, на юге Иркутской области и в ряде других регионов, напоминает Худалов. В результате часть майнеров уходит в «серую» зону, а крупные игроки — промышленные майнеры — переносят деятельность в регионы, где она пока разрешена, отмечает Смирнов. Такая ситуация указывает на необходимость серьёзных изменений ценообразования в электроэнергетике и важность исправления ценовых дисбалансов, считает Сасим.

• Чтобы быть в курсе важных трендов и мнений ведущих экспертов, следите за нами в телеграм-канале. О развитии навыков управления, личностном росте пишем в «Дзене». Про технологии и развитие в IT — в блоге на VC.