Top.Mail.Ru
СБЕР Про | Медиа
«Концепция car-as-a-service меняет всю индустрию»: как производитель УАЗов переходит в онлайн
  • Транспорт

«Концепция car-as-a-service меняет всю индустрию»: как производитель УАЗов переходит в онлайн

  • 10 мин
  • 3 746

Гендиректор «Соллерс» Николай Соболев рассказал исполнительному директору управления по работе с клиентами транспорта и автомобилестроения Сбербанка Константину Зарецкому, как автопроизводитель пережил падение спроса и закрытие дилерских центров, почему автомобили превращаются в услугу и когда появится электрический уазик.

Николай Соболев,
генеральный директор «Соллерс»
Константин Зарецкий,
исполнительный директор управления по работе с клиентами транспорта и автомобилестроения Сбербанка

«Соллерс» — российская автомобильная компания, работающая в партнёрстве с лидерами мировой автоиндустрии: Ford, Mazda и Isuzu. Также компания владеет производственными площадками, на которых выпускаются российские внедорожники УАЗ (Ульяновский автомобильный завод), и бензиновые двигатели ЗМЗ (Заволжский моторный завод). Общие производственные мощности группы — более 300 000 автомобилей в год. Выручка группы в 2019 году составила 57,8 млрд рублей, чистая прибыль — 1,35 млрд рублей.

«Автопром — это очень интересно»

Константин Зарецкий: Николай Александрович, вы уже 20 лет в автомобильной индустрии, чем она вас привлекает?

Николай Соболев: Это постоянный драйв, гиперконкурентная и цикличная среда. Например, в 2008 году рынок пассажирских и лёгких коммерческих автомобилей в России практически достиг отметки в 3 млн штук, а в 2009 году упал до 1,5 млн. И сейчас мы опять близки к уровню 2009 года. Приходится работать в условиях многозадачности и отвечать на большое количество вызовов. И, наверное, самое главное — то, что автопром и авторынок сейчас — это активно развивающаяся среда инноваций, как продуктовых, так и сервисных. И это возможность для постоянного личного апгрейда, возможность вместе с трансформацией бизнес-моделей проходить через трансформацию своей роли и своих компетенций.

рынок пассажирских и лёгких коммерческих автомобилей в России

Константин: 2020-й в плане неопределённости бьёт рекорды. Каким был этот год для группы «Соллерс»?

Николай: Мы ощутили эффект пандемии в первую очередь из-за неработающей дилерской сети в течение нескольких месяцев.

Рынок за 10 месяцев в целом сократился на 12%, по легковым автомобилям — чуть меньше, а по коммерческому транспорту — на 18%. В то же время доля Ford Transit выросла с 11% в начале года до 18% в конце. Нам, с одной стороны, помогла государственная поддержка, с другой — Transit — это оптимальный продукт для сектора городской логистики, растущего в условиях пандемии. Мы видим спрос на эти машины со стороны крупнейших игроков электронной коммерции. По совокупности этих двух факторов продажи Transit показали рост на 8% за 10 месяцев 2020 года. По УАЗу у нас сокращение на 16%, что в целом соответствует динамике рынка в целом.

Сокращение рынка в 2020 году

Во втором полугодии мы рассчитываем сократить отставание, накопленное в первом полугодии. По итогам года ожидаем, что рынок покажет результат в минус 10%, и рассчитываем на 5—7%-ный рост в 2021 году. У нас достаточно устойчивый объём заказов со стороны владельцев крупных автопарков, поставляем продукцию по программе опережающих закупок, поэтому можно сказать, что ситуация стабилизировалась.

Константин: Насколько сейчас загружены автозаводы группы «Соллерс» и достаточно ли этой загрузки для поддержания рентабельности производств?

Николай: В конце нулевых мы, как и все в российском автопроме, инвестировали в создание мощностей, потому что впереди была чёткая картинка: рынок потребления прогнозировался на уровне 3 млн штук в год. В реальности всё оказалось иначе, и мы совместно с партнёрами, безусловно, провели уже очень большую работу над оптимизацией наших мощностей и повышением эффективности их использования. В нашем понимании те производственные активы, которые мы имеем сейчас, соответствуют нашим планам по росту объёмов по мере восстановления рынка.

Константин: Как вы считаете, достаточно ли принимаемых мер государственной поддержки автопрома?

Николай: Я думаю, что если бы не было мер поддержки, индустрия упала бы на 25%, как это произошло в Европе. Российский рынок, как мы видим, сократился только на 12%. Что помогло? Это опережающие закупки, в рамках которых мы поставили в общей сложности свыше 9000 автомобилей. Это продолжение программ стимулирования спроса: льготный лизинг, льготное автокредитование, «Первый автомобиль» и «Семейный автомобиль». Очень важная сервисная программа, приоритетная для нашей стратегии, — «Доступная аренда», по которой субсидируется 25% от стоимости автомобиля при его передаче в аренду конечному клиенту. Она стимулирует новые формы потребления и обеспечивает вариативность спроса.

В среднесрочной перспективе очень актуальна была бы господдержка собственных инженерных разработок российского автопрома и инвестиций в локализацию компонентной базы.

сокращение рынка автопрома в 2020 году

Константин: Нет ли риска просадки объёмов в следующие год-два, когда спрос со стороны властей и госкомпаний станет меньше из-за опережающих закупок 2020 года?

Николай: Надеемся, что будет дополнительный спрос со стороны национальных проектов и ключевых федеральных программ — в здравоохранении, в сфере модернизации пассажирского транспорта. Кроме того, уже видим определённое оживление со стороны розничных клиентов. Сочетание этих двух факторов позволяет в целом смотреть на прогноз рынка оптимистично.

Всё, что связано с поддержкой спроса, критически важно в условиях волатильности рынка. Льготное финансирование, которое мы получили в этом году, в том числе позволило нам осуществить своевременную поставку по программе опережающих закупок.

Константин: Как вы оцениваете среднесрочные перспективы восстановления спроса на автомобильном рынке России?

Николай: Мы не ожидаем быстрого восстановления рынка. В случае стабильной макроэкономической ситуации, мы думаем, что индустрия будет около 3 лет дрейфовать к цифре в 2 млн автомобилей. Высоких темпов и уровней скоро ждать не стоит.

«Мы должны сохранить ДНК УАЗа

Константин: Готов ли «Соллерс» к новым партнёрским соглашениям с крупными производителями?

Николай: Партнёрства остаются для нас приоритетной формой развития и роста, но наш фокус в привлечении новых партнёров сейчас — это проекты, связанные с автокомпонентным бизнесом и с развитием новых технологий.

Константин: В портфеле производственных активов «Соллерс» есть российский бренд — УАЗ, а также совместные предприятия с Mazda, Ford и Isuzu. Есть ли синергия между настолько разными активами?

Николай: С точки зрения маркетинга синергия даёт возможность сделать комплексное предложение клиенту в рамках собственной продуктовой линейки, поскольку УАЗ, Transit и Isuzu не конкурируют между собой на рынке, а дополняют друг друга.

Продукция УАЗа закрывает потребность клиентов в лёгкой коммерческой технике доступного ценового сегмента. В верхнем ценовом сегменте лидером рынка лёгких коммерческих автомобилей является Ford Transit. Также у нас есть индустриальное партнёрство с Isuzu, в рамках которого производятся малотоннажные и тяжёлые грузовики. В нашем понимании это одна из наиболее конкурентоспособных линеек с точки зрения стоимости владения. Она позволяет нам привлекать новых клиентов независимо от размера их бизнеса.

Также синергия есть на уровне автокомпонентного производства. Например, в нашей группе есть производитель алюминиевого литья «РосАЛит», выделенное производство отливок из чугуна и поковок. Данная производственная база используется для локализации производства компонентов не только для всех предприятий группы, но и для сторонних клиентов — крупнейших игроков российского автомобильного рынка.

Константин: «Соллерс» — единственная компания, которая открыла на Дальнем Востоке автомобильный завод, есть ли потенциал для развития российского автопрома на Дальнем Востоке с экспортной ориентацией на страны Юго-Восточной Азии?

Николай: В рамках нашего дальневосточного проекта, совместного предприятия с Mazda, мы создали производство двигателей, которые поставляем для Mazda глобально. Таким образом, мы интегрированы в общую цепочку поставок, в общий индустриальный ландшафт одного из мировых лидеров автопрома.

Что касается экспорта автомобилей, которые производятся в европейской части России, здесь наибольший потенциал имеют автомобили с высоким уровнем локализации. Для УАЗа стратегические рынки — это Латинская Америка и страны СНГ. У бренда очень лояльная клиентская база, это — легендарный внедорожник. И не только потому, что многие противники Джеймса Бонда ездят на УАЗе. Развивая продукт, мы должны сохранить его ДНК, его внедорожные характеристики.

Константин: В автомобильной индустрии представлено много сопутствующих сервисов — финансовых, страховых и других. Какие сервисы наиболее востребованы для ваших клиентов; в частности, сервисы экосистемы Сбера?

Николай: Достаточно большой объём финансовых сервисов используется нами в рамках продвижения продуктов. Например, более половины автомобилей Transit продаются через финансовый лизинг. Мы считаем, что будет расти доля подписок и операционной аренды, и активно занимаемся этим направлением. В продажах УАЗа доля лизинга чуть ниже, но существенную долю занимает потребительское кредитование. Благодаря мерам государственной поддержки кредитные машины составляют существенную долю общих продаж.

В финансовых сервисах мы максимально интегрируемся с экосистемой Сбера. Например, один из наших проектов цифровизации продаж — это онлайн-витрины УАЗа и Ford, интегрированные с онлайн-автокредитами от Сбера, что позволяет нашим клиентам получить одобрение покупки машины в кредит, что называется, «в два клика». В дальнейшем мы надеемся совместно сделать весь процесс оформления кредита и выдачи машины полностью цифровым.

Большой потенциал мы видим и в развитии направления «умного» страхования, основанного на функционале платформы подключённости наших автомобилей, — в самое ближайшее время мы планируем предложить нашим клиентам опцию «поминутного КАСКО».

Наконец, есть достаточно большой объём сотрудничества в логистике: мы поставляем автомобили Ford как СберЛогистике, так и Сберу в целом. А ещё делаем совместные логистические проекты с нашим логистическим оператором группой «Лорус».

Константин: Последние несколько лет вы активно развиваете непрофильный для «Соллерс» логистический бизнес. Какова связь между производством автомобилей и логистикой?

Николай: Автопром, наверное, одна из самых сложных отраслей с точки зрения логистики, особенно с учётом глобализации: входящие цепочки поставки компонентов становятся всё более сложным. Внутренняя и исходящая логистика тоже имеют свою специфику. Накопив большой опыт в автомобильной логистике, мы решили открыть направление, в котором этот опыт может быть эффективно применён.

Наш логистический оператор — группа «Лорус», изначально обслуживавший автомобильную логистику активов группы «Соллерс», сейчас эволюционировал в компанию, которая стала одним из лидеров в организации логистики для ритейла и FMCG. Мы запустили много новых сервисов, например применяем технологию пуллинга грузов, которая позволяет компаниям-партнёрам минимизировать товарные остатки и повышать эффективность логистики. Сейчас доля сторонних клиентов в общем портфеле «Лорус» превышает 50%. Помимо логистики, мы активно развиваем новые бизнес-направления, связанные с цифровыми технологиями в производстве, цифровыми решениями в области интеллектуальных транспортных систем, и рассчитываем, что эти направления также покажут динамичный рост в ближайшие годы.

доля сторонних клиентов в общем портфеле «Лорус»

«Для России сейчас наиболее актуален метан»

Константин: Как вы относитесь к предположению, что текущий инвестиционный цикл в автомобильной отрасли, возможно, последний? Что думаете об электромобилях, беспилотном транспорте?

Николай: На мой взгляд, электромобили в России будут распространяться не такими темпами, как, например, в Америке. Низкая плотность населения, суровый климат и большая протяжённость дорог ограничивают возможность создания инфраструктуры для электрического транспорта. При этом мы полагаем, что в ближайшем будущем будет развиваться тренд электрификации пассажирского транспорта в Москве, Санкт-Петербурге и, возможно, в некоторых других крупных городах европейской части РФ.

Темпы развития спроса на транспорт на альтернативном виде топлива всецело зависят от скорости развития инфраструктуры, в этой связи в настоящий момент для России наиболее актуальны технологии CNG. В настоящий момент уже существует около 500 метановых заправок, в основном они принадлежат «Газпрому». По мере дальнейшего увеличения их количества будет развиваться и использование транспорта на метане. Мы видим большой потенциал роста спроса со стороны коммерческого и грузопассажирского сегментов. «Соллерс» уже является одним из крупнейших поставщиков техники на метановом топливе под брендом УАЗ для «Газпрома».

Что касается электромобилей, Ford буквально несколько недель назад презентовал полностью электрический Transit, который будет доступен на рынках Америки и Европы в конце 2021-го — начале 2022 года. По мере развития инфраструктуры мы готовы продвигать его на российский рынок. А потом не исключено, что и электрический УАЗ появится.

Константин: Как вы оцениваете изменения в модели потребления в автоиндустрии? Автомобиль это всё ещё товар или уже услуга?

Николай: Концепция car-as-a-service (автомобиль как услуга. — СберПро Медиа), в равной мере касающаяся пассажирского и коммерческого транспорта, меняет всю индустрию. Все основные производители сейчас инвестируют в каршеринговые компании, в подписные модели, все это мы намерены развивать и у себя. Однако рано говорить о том, что сама идея владения автомобилем уходит в прошлое. Пандемия показала, что в целях безопасности и комфорта многие стали пересаживаться с городского транспорта на автомобиль.

Сейчас компания «Соллерс Транспортные Решения» представляет сервис по кратко- и долгосрочной аренде автомобилей Ford и УАЗ, с полным набором включённых услуг по поддержке эксплуатации и техническому обслуживанию. Эту подписку мы предоставляем не только крупным корпоративным клиентам, но и основной нашей целевой группе — индивидуальным предпринимателям, малому и среднему бизнесу. В их руках сосредоточено порядка 80% всего парка коммерческой техники. Конкурентоспособность нашего предложения для этих клиентов основана на том, что все процессы эксплуатации становятся цифровыми за счёт подключённости наших автомобилей, с которых мы собираем онлайн данные и строим предиктивные модели, алгоритмы сами определяют, когда оптимально отправить машину на ТО, какой будет её остаточная стоимость, как обеспечить снижение расхода топлива.

Для частных пользователей мы тоже запустили отдельный сервис — «Подписку выходного дня» на внедорожники «УАЗ Патриот». Первые результаты превзошли наши ожидания: весь парк машин забронирован на несколько уикендов вперёд, а многие из тех, кто попробовал эту короткую форму аренды, вернулись к нам за покупкой своего собственного УАЗа.

Эта статья была вам полезна?

Читайте ещё